prytt (prytt) wrote,
prytt
prytt

О культуре

Такой "помехе" можно только радоваться.
Но второй выпуск брошюры
(посвященный "Опыту русских революций 1905 и 1917 годов"),
пожалуй, придется отложить надолго;
приятнее и полезнее "опыт революции" проделывать, чем о нем писать.

Ленин, Государство и революция
I
Клейн klein0  пишет в сообщество ru_evacuation (Проект "Сельскохозяйственная эвакуация")

Задача власти: сформировать ядро эффективных, честных людей

21.04.2009. У президента Дмитрия Медведева появился новый устойчивый риторический аргумент для объяснения некоторых сложностей в жизни государства и развитии общества. Речь идет о недостатке или даже почти полном отсутствии у отечественной элиты «внутренней культуры». Уже дважды эта тема прозвучала из уст главы государства: сначала в известном интервью «Новой газете», второй раз — на заседании президентского совета по развитию институтов гражданского общества и правам человека.

Что-то подсказывает, что разговор о внутренней культуре будет возникать вновь и вновь. Высшая государственная власть, в том числе и под влиянием кризиса, все больше и больше начинает проявлять словесную озабоченность по поводу того, что в инерционное развитие по прежним лекалам и правилам игры нам больше не подходит. И нужно наконец от слов перейти к делу — заняться качеством экономики, конкурентоспособностью, эффективностью госуправления, и прочей модернизацией. А для всего для этого проблема качества элиты оказывается одной из ключевых.

Каким образом это качество и его улучшение обеспечить, а главное — когда этого можно добиться? Можно подойти к вопросу оптимистично — так, что если в элите есть (или можно сформировать) ядро эффективных, честных и во всем остальном прекрасных «лучших людей», то это предопределит и качество элиты, и ее модернизационный потенциал.

подробнее >>>
Передача власти: Волки и капуста, Дмитрий Бадовский, заместитель директора Института социальных систем.


Читать полное описание проекта"Сельскохозяйственная эвакуация" >>>
Подписаться на сообщество проекта "Сельскохозяйственная эвакуация" в ЖЖ

II

А Так говорил Ленин :


из выступления на XI съезде РКПб
(маштаб: ну это как сейчас бы Путин выступал на съезде "Единой россии", с трансляцией на всю страну)



Я бы хотел теперь привести два практических примера того, как у нас выходит с на­шим управлением. Я уже сказал, что правильнее было бы для этого взять один из гос­трестов. Должен извиниться, что этого правильного приема употребить не могу, пото­му что для этого требовалось бы конкретнейшим образом изучить материалы хотя бы об одном гостресте, но это изучение, к сожалению, я лишен был возможности произве­сти и беру поэтому два небольших примера. Один пример такой: МПО (Московское потребительское общество) обвиняло в бюрократизме Наркомвнешторг...
Первый пример малоподходящий, но лучшего взять не имею возможности. Основ­ную мысль могу иллюстрировать и на этом примере. Последние месяцы мне, как вы знаете из газет, не было возможности касаться дела непосредственно, я не работал в Совнаркоме, не был и в ЦК. При временных и редких наездах в Москву мне бросились в глаза отчаянные и страшные жалобы на Внешторг. В том, что Внешторг плох, что там волокита, я ни одной минуты никогда не сомневался. Но когда жалобы стали особенно страстны, я попытался разобраться: взять конкретный случай, докопаться хоть раз до низов, выяснить, как это там выходит, почему эта машина не идет.
МПО нужно было купить консервы. Явился для этого французский гражданин. Не знаю, делал ли он это в интересах международной политики и с ведома руководителей Антанты или вследствие апробации Пуанкаре и других врагов Советской власти (я ду­маю, наши историки разберутся в этом после Генуэзской конференции), но факт, что французская буржуазия принимала участие не только теоретически, но и практически, так как представитель французской буржуазии оказался в Москве и продавал консервы. Москва голодает, летом будет голодать еще больше, мяса не привезли и — по всем из­вестным качествам нашего Наркомпути — наверное, не привезут.
Продают мясные консервы  на советские деньги. Чего же проще? Оказывается, что ежели рассуждать по-советски и как следует, то совсем не просто. Я не имел возможности следить за делом непосредственно, а организовал следствие, имею теперь тетрадку, в которой рассказано, как эта знаменитая история развивалась. Началась она с того, что 11-го февраля, по докладу т. Каменева, состоялось постановление Политбюро ЦК РКП о желательности закупки за границей предметов продовольствия. Конечно, без Полит­бюро ЦК РКП как же это русские граждане могут такой вопрос решить! Представьте себе: как это могли бы 4700 ответственных работников (это только по переписи) без Политбюро решить вопрос о закупке предметов продовольствия за границей? Это, конечно, представление сверхъестественное. Тов. Каменев, очевидно, прекрасно знает нашу политику и действительность и поэтому не слишком полагался на большое число ответственных работников, а начал с того, что взял быка за рога, и если не быка, то во всяком случае Политбюро, и получил сразу (я не слышал, чтобы были по этому поводу прения) резолюцию: «Обратить внимание Наркомвнешторга на желательность ввоза из-за границы продовольствия, причем пошлины» и т. д. Обращено внимание Наркомвнешторга. Дело начинает двигаться. Это было 11 февраля. Я припоминаю, что в Москве мне пришлось быть в самом конце февраля или около того, и на что я сразу натолкнулся, — это на вопли, прямо на отчаянные вопли московских товарищей. В чем дело? Не можем никак закупить продовольствия. Почему? Волокита Наркомвнешторга. Я долго не принимал участия в делах и не знал тогда, что на это есть постановление Политбюро, и только сказал управделами: проследить, добыть бумажку и показать мне. И закончилось это дело тем, что, когда приехал Красин, Каменев поговорил с Красиным, дело было улажено и консервы мы купили. Все хорошо, что хорошо кончается.
Что Каменев с Красиным умеют столковаться и правильно определить политическую линию, требуемую Политбюро ЦК РКП, в этом я нисколько не сомневаюсь. Если бы политическая линия и в торговых вопросах решалась Каменевым и Красиным, у нас была бы лучшая из советских республик в мире, но нельзя так делать, чтобы по каждой сделке тащить члена Политбюро Каменева и Красина, — последнего, занятого дипломатическими делами перед Генуей, делами, которые требовали отчаянной, непомерной работы, — тащить этих товарищей для того, чтобы купить у французского гражданина консервы. Так работать нельзя. Тут не новая, не экономическая и не политика, а просто издевка. Теперь я имею следствие по этому делу. Я имею даже два следствия: одно — произведенное управделами Совнаркома Горбуновым и его помощником Мирошниковым, другое — то, которое производило Госполитуправление. Почему, собственно, Госполитуправление интересовалось этим делом, я не знаю и не твердо уверен, что это правильно, но останавливаться на этом не стану, потому что боюсь, как бы не понадо­билось новое следствие. Важно то, что материал собран и сейчас у меня имеется на руках.
Как это вышло, что в конце февраля я, приехав в Москву, нашел настоящий вопль, что «не можем купить консервов», в то время как пароход стоит в Либаве и консервы лежат там, и даже берут советские деньги за настоящие консервы? (С м е х.) Если эти консервы не окажутся совершенно гнилыми (а я сейчас подчеркиваю: «если», потому что не вполне уверен, что я тогда не назначу второе следствие, но о результатах его придется нам рассказать уже на другом съезде) — так, если консервы не окажутся гнилыми, они куплены, я спрашиваю: в чем дело, что без Каменева и Красина не могло двинуться такое дело? Из следствия, которое у меня имеется, я вижу, что один ответственный коммунист послал другого ответственного коммуниста к черту. Из этого же следствия я вижу, что один ответственный коммунист сказал другому ответственному коммунисту: «Не буду с вами разговаривать впредь без нотариуса».
Прочитавши эту историю, я вспомнил, как 25 лет тому назад, когда я был в Сибири в ссылке, мне при­ходилось быть адвокатом. Был адвокатом подпольным, потому что я был административно-ссыльным и это запрещалось, но так как других не было, то ко мне народ шел и рассказывал о некоторых делах. Но самое трудное было понять, в чем дело. Придет баба, начинает, конечно, с родственников, и неимоверно трудно было добиться, в чем дело. Я говорю: «Принеси копию». Она рассказывает о белой корове. Ей говоришь: «Принеси копию», тогда она уходит и говорит: «Не хочет слушать без копии о белой корове». Так мы и смеялись в своей колонии над этой копией. Но маленький прогресс мне удалось осуществить: приходя ко мне, тащили копию, и можно было разобраться, в чем дело, почему жалуются и что болит. Это было 25 лет тому назад в Сибири (таком месте, откуда было много сот верст до первой железнодорожной станции).
А почему после трех лет революции в столичном городе Советской республики потребовалось два следствия, вмешательство Каменева и Красина и директивы Политбюро, чтобы купить консервы? Чего не хватало? Политической власти? Нет. Деньги нашли, так что была и экономическая власть и политическая. Все учреждения на месте. Чего не хватает? — Культурности 99 сотых работников МПО, против которых я ничего не имею и считаю превосходными коммунистами, и работников Внеш­торга — они не могли культурно подойти к делу.
Когда я впервые об этом услышал, я написал письменное предложение в ЦК: по-моему, всех, кроме членов ВЦИК, которые, вы знаете, неприкосновенны, всех, кроме членов ВЦИК, из московских учреждений посадить в худшую московскую тюрьму на 6 часов, а из Внешторга — на 36 часов(См. Сочинения, 5 изд., том 44, стр. 429. Ред.) . А теперь оказалось, что виновный не найден. (С м е х.) В самом деле, из того, что я рассказал, совершенно очевидно, что виновного не найдешь. Просто обычное русское интеллигентское неумение практически дела делать — бестолковщина и безалаберщина. Сначала сунутся, сделают, потом подумают, а когда у них не выходит — побегут к Каменеву жаловаться, тащат в Политбюро. Конеч­но, в Политбюро нужно нести все государственные трудные вопросы — об этом мне еще придется говорить, — но надо сначала подумать, а потом уже делать. Если ты выступаешь, потрудись выступать с документами. Сначала дай телеграмму, в Москве есть еще телефоны, пошли телефонограмму в соответствующие учреждения, дай копию Цюрупе, скажи: я считаю сделку спешной и за волокиту буду преследовать. Об этой элементарной культурности надо подумать, подойти к делу обдуманно; если дело не решается сразу, двумя минутами, разговором по телефону, возьми документы, обставь себя ими и скажи: «Если ты проявишь волокиту, я тебя посажу в тюрьму». Но ни капли обдуманности, никакой подготовки, обычная суетня, несколько комиссий, все устали, измучились, больны, а дело можно двинуть тогда, когда Каменева можно сочетать с Красиным. Это дело типичное. И отнюдь не только в столичном городе Москве, но наблюдается и в других столицах, в столицах всех независимых рес­публик и отдельных областей, и не в столичных городах постоянно делаются такие ве­щи и даже во сто раз хуже.
В нашей борьбе нужно помнить, что коммунистам нужна обдуманность. Они вам расскажут превосходно о революционной борьбе, о состоянии революционной борьбы во всем мире. А чтобы вылезти из отчаянной нужды и нищеты, для этого надо обдумы­вать, быть культурным, порядочным — этого они не умеют. Если мы будем обвинять ответственных коммунистов, что они недобросовестно подходят к делу, — это будет неправильно. Громадное большинство из них — 99 сотых — люди не только добросо­вестные, а доказавшие свою преданность революции в самых трудных условиях, и до падения царизма, и после революции, буквально жертвовавшие жизнью. Если в этом искать причины, то это будет в корне неверно. Нужен культурный подход к простей­шему государственному делу, нужно понимание, что это — дело государственное, торговое, если будут препятствия, надо уметь их устранить и тянуть к суду виновных за волокиту. У нас есть пролетарский суд в Москве, и он должен притянуть тех, которые виновны, почему несколько десятков тысяч пудов консервов не куплены. Я думаю, пролетарский суд сумеет наказать, а чтобы наказать — надо найти виновных, а я вам ручаюсь, что найти виновных нельзя, пусть каждый из вас посмотрит это дело: нет ви­новных, а есть сутолока, суматоха и ерунда. Никто не умеет подойти к делу, не понимает, что к государственному делу надо подойти не так, а этак. А вся белогвардейщина, саботажники этим пользуются. У нас была пора бешеной борьбы с саботажниками, она и сейчас стоит на очереди; правильно, конечно, что саботажники есть и с ними надо бороться. Но разве можно бороться с ними, когда положение такое, как я говорил? Это вреднее всякого саботажа, саботажнику ничего и не надо, кроме как увидеть, что два коммуниста спорят между собой по вопросу о том, в какой момент обратиться в По­литбюро для получения принципиальной директивы на покупку продовольствия, и в эту щель пролезть. Если сколько-нибудь толковый саботажник встанет около того или иного коммуниста или у обоих по очереди и поддержит их — тогда конец. Дело погибло навсегда. Кто виноват? Никто. Потому что два коммуниста, ответственных, преданных революционера, спорят из-за прошлогоднего снега, спорят по вопросу о том, в какой момент внести вопрос в Политбюро, чтобы получить принципиальную директиву для покупки продовольствия.
Вот как стоит вопрос, вот в чем трудность. Любой приказчик, выдержавший школу крупного капиталистического предприятия, этакую вещь делать умеет, а 99 сотых ответственных коммунистов не умеют и не хотят понять, что у них нет этого уменья, что надо учиться с азов.
Если мы не поймем этого, не сядем снова учиться с приготовительного класса, то мы ни в коем случае не решим экономической задачи, которая стоит сейчас в основе всей политики.
Полн. собр. соч., 5 изд., том 45, стр. 99-106.

III
От себя скажу:

1.Глядя отсюда из XXI века на далекий 1922г. речь (а здесь приведен только маленикий отрывок), кажется многословной и порою суховатой, но какова конкретика! А атмосфера на сьезде?  Постоянная ремарка (смех), в отличии от современных (продолжительные и бурные аплодисменты).

2.  Прежде, в отрочестве-юности, казалось странным, что в кабинете каждого руководителя была полка с томами полного собрания сочинений (ППС) Ленина... Ну кто их читает?  Теперь же, поруководив и почитав, вижу в этом глубокий смысл...
Управленцам [менеджерам] возимевшим мысли о... мастерстве управления - томик Ленина (из ППС) себе на "рабочий стол" можно скачать здесь:
http://libelli.ru/library/tema/sc/marxism/n_w/lenin/len_pss.htm
:)))))))))))))))))





Tags: Ленин, дзен, коммунизм, что делать
Subscribe
promo prytt august 20, 11:41 1
Buy for 50 tokens
"Dixi et salvavi animam meam" ©. I "Почему история всё-таки наука" © ? Может потому, что сюжеты повторяются, независимо от воли участников? Сперва в виде трагедии, затем в виде фарса. Нет слов, даже ругатся не буду. Блѣ, н@х​**. Эти люди даже не…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments